О приватности и прозрачности

22.6.1. Возвращаясь к вопросу к «Приватность vs Прозрачность». Буквально совсем недавно, нашелся хороший пример для демонстрации.

22.6.2. В Евросоюзе есть программа (Common Agricultural Policy) помощи фермерам по которой распределяются субсидии фермерским хозяйствам, агрохолдингам и индивидуальным фермерам. Распределяется довольно много денег — 221.4 миллиарда евро (около 9 триллионов рублей) и  более 21 миллиона получателей. Маштабы можете представить себе сами, например, зайдя на такой общественный проект как FarmSubsidy.org Там накопленно огромное количество данных за 10 лет минимум.

22.6.3. Однако в прошлом году еврочиновники решили что раскрытие информации о физических лицах является нарушением приватности и установили новые правила согласно которым теперь вместо ФИО человека необходимо указывать «Natural Person».

22.6.4. Команда FarmSubsidy сейчас занимается тем что активно отстаивает позицию того что эту информацию необходимо раскрывать и приводят в пример скандал с фермерскими субсидиями в Болгарии где под подозрение и расследование попал один из министров.

22.6.5. А по последним их оценкам из-за новых правил до 92% всех получателей субсидий теперь скрыты от мониторинга и контроля. При том что еще несколько лет назад Еврокомиссия предпринимала меры против Германии где власти уклонялись от полного раскрытия всех получателей поддержки, отчасти по той причине что германские законы о защите личной жизни жестче чем в других странах.

22.6.6. Однако теперь ситуация изменилась и правила о приватности становятся жестче и соответствовать практике того же Евросоюза в раскрытии информации о государственных грантах. В Европейской системе финансовой прозрачности публикуется информация о всех получателях грантов от подразделений Еврокомиссии. Однако вместо информации о физических лицах везде указывается, либо «Natural Person», либо звездочки вроде «****** *****». В любом случае о конечном получателе ничего не узнать.

22.6.7. Вопрос, что же первично — прозрачность или приватность? Имеем ли мы право знать или имеют ли они право ограничивать свою жизнь от нас? Или имеем ли мы право ограничивать свою жизнь от других?

22.6.8. Этот вопрос не имеет простого ответа и каждый такой случай необходимо обсуждать и проговаривать отдельно взвешивая все за и против. Каждый случай когда возникает конфликт между приватностью и прозрачностью. Большинство людей не понимают зачем это нужно и в чем смысл. Я в лишний раз в этом убедился читая отклики и комментарии к моему интервью для Slon.ru .

22.6.9. А возникает этот конфликт от соприкосновения двух важных составляющих нашей жизни. Общественный контроль и общественное насилие.

22.6.10. Общественный контроль и, как частный его случай, государственный контроль — это когда общество желает избежать случаев когда малые группы людей обладающих возможностью и намерениями осуществления преступлений вредят другим или же когда решения принимаемые другими затрагивают остальных в худшую сторону. Иначе говоря общественный контроль — это инструмент самозащиты и саморегулирования.

22.6.11. Общественное насилие и, как частный вариант, государственное насилие — это когда общество и его институты создают условия и среду принуждения отдельных личностей в в целях его соответствия устоявшимся нормам, общественного контроля и историческим причинам.

22.6.12. Общественный контроль и общественное насилие часто путают исходя из того что контроль неизбежно порождает насилие, а насилие обязательно дает возможность контроля.

22.6.13. Конечно же, и общественный контроль, и общественное насилие — это ограничения свободы в самом широком ее понимании. И вот здесь то у нас и возникает столкновение между тем что мы называем общественными и личными интересами, а также той средой и теми рисками в которых мы находимся.

22.6.14. Для того чтобы осознать этот баланс и компромиссы очень важно понять такое явление как приемлимость насилия и обратный ему неприемлимость насилия. Так общество готово принимать насилие которое применяется с наличием некоторого обоснования и практики.

22.6.15. Часть из этих «практик» реализует государство, часть общество реализует самостоятельно:

  • заключение преступников под стражу, штрафы и иные формы наказания;
  • призыв мужчин с 18 лет на военную службу;
  • гендерная, возрастная и национальная дискриминация;
  • требования к раскрытию доходов чиновниками, депутатами и другими;
  • крещение детей и иные формы их религиозного посвящение до возраста когда они способны сделать выбор осознанно;
  • сбор налогов с граждан и бизнеса.

и многое и многое другое.

22.6.16. В то же время общество, устанавливает правила неприемлимости насилия, в том числе общественного в некоторых случаях. Это может быть насилие к старикам, детям, беременным женщинам и женщинам в принципе. Аналогично в том что касается насилия в виде воровстава и публикации личной финансовой информации как это делают некоторые хакеры. И многое и многое другое.

22.6.17. Можно сказать что есть зоны приемлимости, неприемлимости и «серая зона» где эти зоны пересекаются и возникает конфликт допустимости. А самое главное что большую часть «полномочий по насилию» и «полномочий по регулированию насилия другими» общество передает государству. Так то что вооружены только МВД, Минобороны и ряд других структур, а вооруженность всех остальных регулируется ими же — это возможно исключительно по причине общественного консенсуса который это допускает.

22.6.18. Это делегирование хорошо работает когда государство существует в общественном организме гармонично и принимаемые решения соответствуют общественным ожиданиям или, хотя бы, удается достичь компромисса между разными слоями общества. Все становится гораздо хуже когда государство начинает отделяться от общества и управляющие им представители элиты исходят не из целей общественного согласия, а из собственных целей или целей крупных экономических структур не представляющих общественные интересы.

22.6.19. В этом случае механизмы саморегулирования общества, в том числе через общественное насилие, превращаются в ту форму государственного насилия которую общество целиком или существенная его часть не приемлет.

22.6.20. Часто государство пользуется инструментами манипуляции и убеждения в приемлимости или неприемлимости насилия для получения больших возможностей для совершения насилия самостоятельно.

22.6.21.  Так государственные структуры напрямую или через явных и неявных агентов проводят убеждение общества в приемлимости Интернет-фильтрации через неприемлимость насилия к детям.

22.6.22. Ранее таким же образом государством вводилось принудительная вакцинация в виде малого насилия над каждым человеком для избежания рисков заражения у всей популяции.

22.6.23. Аналогичным образом действуют законы требующие соблюдения гендерного равенства вопреки коммерческим интересам и традициям. Это также одна из форм насилия реализуемых государством с общественного одобрения.

22.6.24. Развитие технологий и Интернета создают еще одну форму насилия — тотальный контроль. Раскрытие каждым человеком информации о себе, как в государственных и корпоративных реестрах, так и добровольное через социальные сети, позвляет государственным структурам и корпорациям знать о нем больше чем он сам.

22.6.25. Одной из причин этого является развитие технологий анализа и сопоставления данных, автоматического профилирования человека и анализа его интересов.  Немногие люди могут объективно представить все выводы которые можно сделать из их активности, в том числе привычной онлайн. Именно по этой причине беспокойство правозащитников о персональных данных в Google или Facebook правомерно.

22.6.26. Так что же должно быть открыто? В первую очередь все те данные которые представляют общественную ценность, общественную безопасность и не затрагивают личные данные. Это данные собираемые государством в своей деятельности и позволяющее лучше контролировать чиновников. Это статистика, реестры, информация об инфраструктуре и многое другое.

22.6.27. Когда же мы говорим про персональные данные, то приемлимость общественного насилия здесь возможна в случае если оно нацелено на ограничение власти меньшинства над большинством. Иначе говоря, раскрытие информации о владельцах банков, о доходах лиц принимающих решения, о подарках получаемых первыми лицами и их расписание — все это имеет общественное значение. И наоборот данные  позволяющие ограниченному меньшинству получить больше власти над большинством — раскрываться не должны.

About This Author

Comments are closed

Яндекс.Метрика